История ООО «Якутская строительная компания XXI век» иллюстрирует, что контроль за золотодобычей в Якутии — это не только проблемы с экосистемой, но и вопросы, касающиеся финансовых потоков и обнаружения нарушений. ИА SakhaTime освещает детали, показывающие, что на практике ситуация может выглядеть иначе, чем на бумаге.
Несмотря на название, основным направлением деятельности ЯСК является не строительство, а именно добыча драгоценных металлов. Эта компания, основанная в Алдане в 2015 году, управляется Артаком Яйлояном, который владеет 51% акций, а его партнёр Вале Степанян — 49%. Яйлоян также занимает пост генерального директора.
В 2019 году ЯСК была выдана лицензия на разработку Батыревского ручья, срок действия которой истек в августе 2023 года. Однако технический проект на добычу действовал только до конца 2022 года. На начало 2022 года государственные органы фиксировали наличие 50,2 кг золота на этом участке. В течение года компания официально добыла 48,4 кг, а потери составили 1,8 кг. К началу 2023 года запасы на государственном балансе были исчерпаны.
Однако с июня по август 2023 года в материалах уголовного дела упоминается, что золото вновь появилось. В результате действий руководства компании было незаконно добыто более 16,7 кг природного шлихового материала, из которого экспертиза выявила 15 кг чистого золота и 1,7 кг серебра на сумму свыше 88,5 млн рублей. Драгоценные металлы хранились на месторождении, позже были перевезены в Алдан и отправлены на аффинаж в Новосибирск.
В рамках гражданского процесса ЯСК утверждала, что не добывала новое золото в 2023 году, ссылаясь на переработку концентрата, оставшегося от поломки оборудования в 2022 году. Однако сам Яйлоян в письме в УФНС в апреле 2024 года указал, что именно в 2023 году было добыто 15,032 кг золота, что также подтверждалось бухгалтерскими документами.
Для оформления аффинажа использовался протокол территориальной комиссии, в котором содержались ложные сведения о действующем техпроекте. На самом деле, он завершился в 2022 году. Следствие предполагает, что Яйлоян сам изготовил подложный протокол, чтобы легализовать сделку.
С декабря 2023 года по сентябрь 2024 года на счёт ЯСК поступило более 156 млн рублей, включая средства за незаконно добытое золото. Росприроднадзор оценил ущерб, причинённый недрам, в 95,575 млн рублей. В августе 2025 года Алданский районный суд удовлетворил иск и взыскал указанную сумму с компании в бюджет района. Апелляция подтвердила это решение, а 20 августа 2026 года кассация оставила его в силе.
В то же время продолжается уголовное разбирательство. Яйлояна обвиняют по части 4 статьи 191 УК РФ в незаконном обороте драгоценных металлов, дело рассматривается в Алданском районном суде. На его автомобили Toyota Chaser, Mercedes-Benz S350L, Lexus LX 570 и доли в двух компаниях наложен арест.
На первый взгляд, государственный контроль сработал: золото было найдено, уголовное дело возбуждено, почти 96 млн рублей взысканы. Однако финансовое состояние самой ЯСК внушает опасения и вызывает вопросы о реальной эффективности контроля.
По итогам 2025 года выручка компании упала с 138,7 до 18 млн рублей, а убыток составил 21,2 млн. Общая стоимость активов ЯСК составляет 44,6 млн рублей, а на счетах компании осталось лишь 845 тысяч. Более того, согласно данным ИАС Seldon, на компанию наложено четыре исполнительных производства на сумму примерно 107 млн рублей.
Таким образом, сумма взыскания в 95,6 млн рублей более чем вдвое превышает стоимость всех активов ЯСК и в пять раз — её годовую выручку. Важно отметить, что в 2023 году было незаконно добыто золото, а в 2023–2024 годах через счёт компании прошло более 156 млн рублей. В апреле 2024 года директор компании сам сообщил налоговым органам о добыче 15 кг золота в 2023 году. Однако административное постановление от Росприроднадзора появилось только в феврале 2025 года, а решение о взыскании — летом 2025 года.
Таким образом, возникает главный вопрос этой истории: насколько эффективен контроль за золотодобычей, если выявление нарушений происходит лишь спустя два года, когда золото уже покинуло участок, а деньги — со счетов? На практике контроль оказывается успешным, в первую очередь, только на бумаге.
